Липицкая битва [TR/7697]

Без подписи
Без подписи
ТАЙНИК
Тип: Традиционный
Класс: Археологические памятники
Исторический
Автор запретил посещение тайника в зимний период
КООРДИНАТЫ (WGS84)
(видны только зарегистрированным пользователям)
МЕСТНОСТЬ
Россия
Ивановская обл.
Гаврилово-посадский район р-н
ОЦЕНКИ ТАЙНИКА [?]
Доступность: 1
Местность: 3
РЕЙТИНГ
3.86Нашли: 21
ПАСПОРТ ТАЙНИКА
ЭКСПОРТ ТОЧКИ
ФОТОАЛЬБОМ ТАЙНИКА
ПОКАЗАТЬ НА КАРТЕ
БОЛЬШЕ КАРТ
Без подписи
Без подписи
Автор: Rom_Ka
Создан: 23.05.2010
(отредактирован 05.08.2017)
Компаньоны: Фиатра

Описание окружающей местности

Липицкая битва — одна из самых жестоких и кровавых междоусобных битв в русской истории.[1] Произошла в 1216 году на реке Гзе или Кзе (как доказал А. Н. Оленин, речь идёт о реке Колокше близ села Лыково), неподалеку от Юрьева-Польского. В этой битве решилась судьба наследства Всеволода Большое Гнездо — Владимиро-Суздальского княжества.

Подготовливая описания тайника столкнулся с противоречивой информацией об описании битвы. В сети и книгах попадались статьи и обсуждения на форумах, которые все были интересны и значимы. Встала дилемма- как быть и что включать в описание... Совершенно случайно попалась на глаза нижеприведенная Повесть, вкак нельзя лучше подходящая под описание.

Настоятельно рекомендую посмотреть ВИДЕОСЮЖЕТ о битве из серии фильмов История государства Российского »  61-я серия. Липецкая битва

ПОВЕСТЬ О БИТВЕ НА ЛИПИЦЕ

Подготовка текста, перевод и комментарии Я. С. Лурье

О побоищи новогородцѣмъ съ Ярославом.[1] В лето 6724. Марта 1 въ вторник поиде князь Мстислав с новгородци на зять свой на Ярослава,[2] а в четверток побѣгоша кь Ярославу крестопреступници[3] Володислав Завидович, Гаврила Игоревич, Юрьи Олексинич, Гаврилець Милятичь, и с женами, и съ дѣтми. Новгородци же поидошя Серегиром,[4] и быша връху Волзѣ, осѣлъ Святославъ Ржовку;[5] городець Мстиславль с полкы въ 10000. Мстислав же с Володимеромъ съ Псковскым[6] поиде вборзѣ въ 500, толико бо всѣх вой бяше, и пригони, а они бяху побѣгли проч. А Ярунъ[7] бѣ затворился въ градѣ въ 100 и отбись у них, и Мстислав взя Зубцев[8] и бышя на Возузѣ. И прииде Володимеръ Рюрикович[9] съ смолняны.

О побоище новгородцев с Ярославом. В 6724 (1216) году. 1 марта во вторник пошел Мстислав с новгородцами на своего зятя Ярослава, а в четверг побежали к Ярославу клятвопреступники Владислав Завидович, Гаврила Игоревич, Юрий Олексинич, Гаврилец Милятич с женами и детьми. Новгородцы же пошли через Селигер и пришли на верховья Волги, а Святослав осадил Ржевку, городок Мстислава, с десятью тысячами войска. Мстислав же с Владимиром Псковским быстро пришли с пятьюстами человек — всего столько было воинов, и пришли спешно, а те убежали прочь. А Ярун засел в городе с сотней воинов и отбился от них, и Мстислав взял Зубцов и вышел на реку Вазузу. И пришел Владимир Рюрикович со смольнянами.

 

И послаша на Торжокъ Ярославу о миру, а сами сташя на Холохне[10]. Ярослав же отвѣтъ да: «Мира не хочю, пошли естя, поидѣте же, нони сту нас достанется одинъ вас». И ркошя промеж себе князи: «Ты, Ярославе, съ силою, а мы съ крестом».

Послали в Торжок к Ярославу предложить мир, а сами стали на Холохне. Ярослав же дал ответ: «Мира не хочу, пришли, так идите; нынче на сто наших будет один ваш!» И сказали, посоветовавшись между собой, князья: «Ты, Ярослав, с силою, а мы с крестом!»

 

Ярославли же мужи изчиниша твердь, а пути от Новаграда засѣкошя, и рѣку Тферцу. И ркошя новгородци князем: «Поидем к Торжку». И князи ркоша: «Аще поидем к Торжку, то попустошимъ Новгородскую власть».[11]

Воины Ярослава построили укрепление и поставили засеки на путях от Новгорода и на реке Тверце. И сказали новгородцы князьям: «Пойдем к Торжку». И князья сказали: «Если пойдем к Торжку, то опустошим Новгородскую волость».

 

И тако поидоша къ Тфери, начашя имати села и жечи, а на Ярослава не бѣ вѣсти, в Торжку ли или въ Тфери. И Ярославъ же слышав, оже емлют села, еха ис Тръжку въ Тферь, поимав с собою старѣйшая мужи новгородскыа, и молодых избором, а новотръжци вси. И посла сто мужь избранных в сторожу, они же выехавше за 15 верстъ от града явишась, ту бо стали бяху князи наши,[12] поставивше полкы, творяста рать велику. И посла Яруна с молодыми людьми, и наехаша на него сторожи Ярославли, и пособи Богъ Яруну, изымаша сторожов Ярославлих 33, а седмь их убишя, а ины убѣжаша въ Тферь, то же бысть перваа побѣда на них них на Благовещенье Богородици,[13] 5 неделя поста.

И так пошли к Твери, и начали захватывать села и жечь, а об Ярославе не было вести — в Торжке ли он или в Твери. А Ярослав, услышав, что занимают села, поехал из Торжка в Тверь, забрав с собой старейших мужей новгородцев и младших по выбору, а новоторжцев взял всех. И послал сто избранных мужей в сторожевой отряд; они же, отъхав пятнадцать верст от города, стали; а тут же стояли наши князья, расположив полки и ожидая великого сражения. И послали Яруна с младшими людьми, и напал на него сторожевой отряд Ярослава, и помог Бог Яруну, он захватил тридцать три воина Ярослава, семерых убили, а иные бежали в Тверь. Это была первая победа над ними — в день Благовещения святой Богородицы, на пятой неделе поста.

 

И бѣ вѣсть у тѣх, что Ярославъ въ Тфери, и тако ездяху в зажитие не боящеся. И оттолѣ послаша Яволода, боярина Володимеря,[14] к Костянтину Всеволодичю в Ростов,[15] а Володимера Псковского съ псковичи и смолняны на рубежь послашя проводити и́. А сами с новгородци поидошя по Влъзѣ воююще, и пожгошу Шешу и Дубну.[16] И Володимеръ съ псковичи и съ смолняны взяшя город Коснятин[17] и пожгоша и́ и все Поволъжие. И срѣте и́ воевода Еремий от князя Констянтина из Ростова, наших князей, и рече: «Констянтин ся вамь кланяет: яз рад, слышав вашь приездъ; се вам от мене в помочь 500 муж рати, да пришлите ко мнѣ съ всѣми рѣчми Всеволода, шюрина моего».[18]

И пришла к ним весть, что Ярослав в Твери, и стали они без опасения ездить за припасами. И оттуда послали Яволода, боярина Владимира, к Константину Всеволодовичу в Ростов, а Владимира Псковского с псковичами и смольнянами послали на рубеж проводить его. А сами с новгородцами пошли по Волге, воюя, и пожгли поселения по Шоше и Дубне. А Владимир с псковичами и смольнянами взял город Коснятин и пожег его и все Поволжье. И встретил их, наших князей, воевода Еремей, посланный из Ростова князем Константином, и сказал: «Константин вам говорит с поклоном: я рад услышать о вашем походе; вот вам от меня на помощь пятьсот мужей ратников; пришлите ко мне со всеми делами моего шурина Всеволода».

 

И ту и отрядиста Всеволода с дружиною, и послашя къ Констянтину, а сами поидоша по Волзѣ вниз, и ту пометашя возы, а на кони полѣзошя и поедоша к Переяславлю воюючи.[19] И бышя на Городищи на рѣцѣ Саррѣ[20] у Святѣй Марины априля 9 в Велик день, и ту приеха Констянтин князь с ростовци. И възрадовашася видѣвшеся, и крестъ цѣловашя, и отрядиша Володимера Псковского с дружиною в Ростов, а сами, пришедше с полки, сташя противу Переяславлю в Фомину неделю. И ехавше ис плъков под град, яшя человека, и испыташя, оже Ярослава в градѣ нѣтъ: пошол бяше к брату Юрьеви с полки, скопив волость свою всю с новгородци и с новоторъжци.

Тогда они снарядили Всеволода с дружиной и отправили к Константину, а сами пошли по Волге вниз; и тогда бросили обозы, сели на коней и пошли в Переяславль, воюя. Когда же они были у Городища на реке Саре у церкви Святой Марины на Пасху 9 апреля, тут приехал к ним князь Константин с ростовцами. И обрадовались встрече, и целовали крест, и отрядили Владимира Псковского с дружиной в Ростов, а сами, придя на Фоминой неделе с полками, стали напротив Переяславля. И выехав из войска под город, захватили человека и узнали, что Ярослава в городе нет: он уже ушел к брату Юрию с полками, взяв всех подвластных ему, с новгородцами и новоторжцами.

 

Юрьево княжение Всеволодича в Суждалѣ.[21] А Юрьи съ Святославомъ и с Володимеромъ[22] вышол бяше из Володимеря съ всею братиею. И бяху полци силни велми: муромци, и бродници,[23] и городчане,[24] и вся сила Суждалской земли; бяше бо погнано ис поселий и до пѣшца. Оле страшно чюдо и дивно, братье! Поидошя сынове на отцы, а отцы на дѣти, брат на брата, рабы на господу, а господа на рабы. И ста Ярослав и Юрьи з братьею на рѣцѣ Кзѣ.[25] А Мстислав же и Володимеръ с новгородци постависта свои полкы близ Юрьева, и ту стоаста. А Констянтин дале стоаше съ своими полкы на рѣцѣ Липицѣ.[26] И узрѣша плъкы стояща Ярославли и Юрьевы, и послаша Лариона соцкого къ Юрью: «Кляняем ти ся, нѣту намъ с тобою обиды; обида нам съ Ярославом». Отвѣцав же Юрьи: «Одинъ есмы брат съ Ярославом».

Княжение Юрия Всеволодовича в Суздале. А Юрий со Святославом и с Владимиром уже вышел из города Владимира со всей братьей. И были полки у них очень сильны: муромцы, бродники, городчане и вся сила Суздальской земли; из сел погнали даже пеших. О, страшное чудо и дивное, братия! Пошли сыновья на отцов, а отцы на детей, брат на брата, рабы на господ, а господа на рабов. И стали Ярослав и Юрий с братией на реке Кзе. А Мстислав и Владимир с новгородцами поставили свои полки близ Юрьева и там стояли. А Константин со своими полками стоял далее, на реке Липице. И увидели стоящие полки Ярослава и Юрия, и послали сотского Лариона к Юрию: «Кланяемся тебе, от тебя нам нет обиды; обида нам от Ярослава!» Юрий ответил: «Мы заодно с братом Ярославом».

 

И посласта къ Ярославу, ркуще: «Пусти мужи нвогородци и новотръжци, и что зашол еси волости новгородскыа, Волок вспяти. А миръ с нами възми, а крестъ к намъ цѣлуй, а крови не проливай».

И послали к Ярославу, говоря: «Отпусти мужей новгородских и новоторжских, верни захваченные волости новгородские, Волок верни. А с нами возьми мир, целуй нам крест, а крови не проливай».

 

Отвѣща же Ярослав: «Мира не хочу, а мужи у мене, но далече есте шли, а вышли есте как рыба на сухо». И сказа Ларьян ту рѣчь князем и новгородцемъ.

Ярослав ответил: «Мира не хочу, мужи ваши у меня; издалека вы пришли, а вышли как рыба на сушу». И передал Ларион эту речь князьям и новгородцам.

 

И пакы посласта къ обѣма князема с послѣднею рѣчью: «Мы пришли есме, брате Юрьи и Ярославе, не на пролитье крови, не дай Богъ створить того! Управимся, мы бо есмы племенници собѣ, а дадим старѣйшинство Констянтину, а посадите его в Володимерѣ, а вам земля Суждалскаа вся».

И снова послали к обоим князьям с последней речью: «Братья, Юрий и Ярослав, мы пришли не кровь проливать — не дай Бог сотворить такое! Договоримся, ведь мы же родичи; дадим старейшинство Константину — посадите его во Владимире, а вам вся Суздальская земля».

 

Юрьи же рече: «Рци брату Мстиславу и Володимеру: пришли есте, да куды хотите отъити? А брату Констинтину молвимъ: перемогай нас, тобѣ вся земля».

Юрий же сказал: «Скажи брату Мстиславу и Владимиру: пришли уже, так куда вам уходить? А брату Константину говорим так: пересиль нас, тогда вся земля твоя будет».

 

И тако Юрьи съ Ярославом възнесшеся славою, видѣвше у себе силу великую, не прияста мира и начаста пировати в шатрѣ с своими бояры. Молвит Творимиръ боярин:[27] «Княже Юрьи и Ярославе, а меншаа братья в вашей воли! Оже бы по моему гаданию, лучше было миръ взяти и дати старѣйшинство Констянтину. Чи зримъ иже при наших полцѣх тѣх мало, Ростиславля племени, да князи мудри суть, и рядни, и хоробри, а мужи их, новгородци и смолняне, дерзъки суть к боеви. А Мстислава Мстиславичя и сами вѣдаете в том племени, иже дана ему от Бога храбрость изъ всѣх. А господина, гадаита».

И так Юрий с Ярославом вознеслись славой, видя у себя силу великую, не приняли мира и начали пировать в шатре со своими боярами. И сказал Творимир-боярин: «Князья Юрий и Ярослав и вся меньшая братия, которая в вашей воле! Если бы по моей мысли, лучше бы вам взять мир и дать старейшинство Константину. Хоть и видим, что рядом с нашими полками их мало, Ростиславова племени, да князья их мудры, достойны и храбры, а мужи их, новгородцы и смольняне, дерзки в бою. А Мстислава Мстиславича из этого рода вы сами знаете — дана ему от Бога храбрость больше всех. Подумайте, господа».

 

И не люба бысть рѣчь си Юрью и Ярославу. Нѣкто же рече бояръ Юрьевых: «Княже Юрьи и Ярославе, не было того ни в прадѣдехъ, ни при дѣдех, ни при отци вашем, оже бы кто вшед ратью в силную в Суждалскую землю, оже бы вышол цѣлъ. Хотя бы и вся Рускаа земля и Галичскаа, и Киевскаа, и Смоленскаа, и Черниговскаа, и Новгородскаа, и Рязанскаа, ни тако противу сей силѣ успѣют. Ажь нынешние полцы, право, навержемъ их сѣдлы».

Не люба была эта речь Юрию и Ярославу. И кто-то из бояр Юрьевых сказал: «Князья Юрий и Ярослав, не было того ни при прадедах, ни при дедах, ни при отце вашем, чтобы кто-нибудь пришел с войной в сильную Суздальскую землю и вышел цел. Хоть бы и вся Русская земля пошла на нас — и Галичская, и Киевская, и Смоленская, и Черниговская, и Новгородская, и Рязанская,— но никто против нашей силы не устоит. А эти полки — право, седлами их закидаем».

 

И люба бысть рѣчь си Юрьеви и Ярославу, и съзвша бояры и переднии свои люди, начаста глаголати: «Се пришел вы товаръ в рукы: вам же буди кони, брони, порты, а человека, иже кто иметь живаго, то сам убитъ будет; аще и златом шито плечие будет, уби и, а мы два надѣлива. Да не оставимъ ни одиного живаго. Аще кто с полку утечет не убит, а имемъ и, а тѣх повелѣваемь вѣшати, а инѣх роспинати. А о князех, оже будут у нас в руках, тогда сгадаем».

И люба была эта речь Юрию и Ярославу, и созвали бояр и главных своих людей, и начали говорить: «Вот добро само пошло нам в руки: вам будут кони, оружие, платье, а человека кто возьмет живого, тот сам будет убит; даже если в золотом будет оплечье — убей его, а мы вдвое наградим. Да не оставим ни одного в живых. Если кто и убежит из боя не убитый, а мы его захватим, прикажем одних повесить, а других распять. А о князьях, когда будут в наших руках, потом решим».

 

И отпустивша людии, внидоста в шатеръ з братьею, и начасти дѣлити грады, и рече Юрьи: «Мнѣ же, брате Ярославе, Володимерскаа земля и Ростовскаа, а тобѣ Новград, а Смолнескъ брату нашему Святославу, а Киев даевѣ черниговъскымъ князем, а Галич нам же».

И, отпустив людей, пошли в шатер с братьею и стали делить города, и сказал Юрий: «Мне, брат Ярослав, Владимирская земля и Ростовская, а тебе Новгород; а Смоленск брату нашему Святославу, а Киев дадим черниговским князьям, а Галич — нам же».

 

И цѣловашя крестъ межи собою, и писаша грамоты того не заступити. Ты же грамоты взяша смолняне по побѣдѣ в станех Ярославлих и даша своим князем. Юрьи же и Ярослав раздѣливше грады вси Русской земли, надѣющесь силѣ своей многой, почаста позывати к Липицам.

И целовали крест между собой, и написали грамоты, чтоб от этого не отступаться. Эти грамоты взяли смольняне в стане Ярослава после победы и отдали своим князьям. Юрий же и Ярослав, разделив города всей Русской земли в надежде на свою большую силу, стали звать на бой к Липицам.

 

Мстислав же и Володимеръ призваста Констянтина и гадавша с ним много, увѣриста и крестомъ, яко не быти в немъ перевѣту, и поидошя. И тое же нощи пополошишась, стояша за щиты всю нощь, кликоша бо въ всѣх полцех. И вструбиша в Констянтиновых полцех, слышавше Юрьи и Ярослав, хотѣста побѣгнути и уяшася. Заутра же приидоша князи к Липицам, где их позывали, а они тое нощь поскочили бяху за дебрь. И есть гора, словет Авдова, ту постави Юрьи и Ярослав свои полкы, а Мстиславь и Володимеръ и Констянтин и Всеволод поставиша полкы свои на другой горѣ, еже словет Юрьева гора, а посреди двою гору ручей, имя ему Тунег. И посласта Мстислав и Волдимеръ 3 мужи к Юрьеви, мира просяще: «Или не даси мира, да отступите дале на равно мѣсто, а мы на ваши станы поидем, или мы отступимь на Липици, а вы на наши станы».

Мстислав же и Владимир позвали Константина и долго с ним советовались, взяли у него крестное целование, что не изменит, и выступили. И той же ночью объявили тревогу, всю ночь стояли со щитами и перекликались во всех полках. И когда вострубили в полках Константина, и Юрий и Ярослав услышали, хотели даже побежать, но потом успокоились. Наутро же пришли князья к Липицам, куда их вызвали на бой, а суздальцы за эту ночь отбежали за лесистый овраг. Есть там гора, зовется Авдова, там Юрий и Ярослав поставили свои полки, а Мстислав, Владимир, Константин и Всеволод поставили свои полки на другой горе, которая зовется Юрьева гора, а между двумя горами ручей, имя ему Тунег. И послали Мстислав и Владимир трех мужей к Юрию, предлагая мир: «Если же не дашь мира, то отступите далее на ровное место, а мы перейдем на ваш стан, или же мы отступим к Липицам, а вы займете наш стан».

 

Юрьи же рече: «Ни мира емлю, ни отступаю. Пошли есте чресъ землю, то сее ли дебри не переидете?»

Юрий же сказал: «Ни мира не приму, ни отступлю. Пришли через всю землю — так разве этой заросли не перейдете?»

 

Надѣаше бо ся на твердь, бяше бо плотом оплетено мѣсто и насовано колья, ту бо стояху, глаголюще: егда ударят на нас в нощь. То слышав Мстислав и Володимеръ, посласта молодые люди бится. И бишяся ти день и до вечера, но бьяхутся не присердно, бяше бо того дни буря и студено велми. Заутра же хотѣшя поити к Володимерю, не заимаючи их плъков, почаша доспѣвати в станех. Они же видѣвше с горы, начашя сходити, глаголюще: ото бѣжати имъ. Си же текше възбиша их назадь. А ту пристиже Володимеръ Псковскый из Ростова, и начашя думати. Рече Костянтин: «Брате Мстиславе и Володимере, аще поидем мимо их, измятут ны в тылъ, а другое, мои люди к боеви не дерзи, тамо и разидутся по градом».

Он надеялся на укрепление, ибо они оплели это место плетнем и наставили колья, и стояли там, говоря: «Могут напасть на нас ночью». Узнали об этом Мстислав и Владимир и послали биться молодых людей, и те бились весь день до вечера, но бились не усердно, ибо была буря в тот день и очень холодно. А утром решили перейти к Владимиру, не завязывая стычек с их полками, и начали собираться в станах. Те же увидели с горы и стали спускаться, говоря: «Вот они и бегут». Но эти, придя, их отбили назад. Тут подошел Владимир Псковский из Ростова, и стали совещаться. И сказал Константин: «Брат Мстислав и Владимир, если пойдем на виду у них, то они ударят нам в тыл, а, кроме того, мои люди не дерзки в бою и разбредутся по городам».

 

Мстислав же рече: «Володимере и Констянтине, гора намъ не поможет, ни гора нас побѣдит. Позряще на креста и на правду, поидемь к нимь».

И сказал Мстислав: «Владимир и Константин, гора нам не поможет, и не гора нас победит. Надеясь на крест и на правду, пойдемте на них».

 

И почашя ставити плъкы. Володимир же Смоленскый постави плъкъ свой с краа, а от него ста Мстислав, и Всеволод с новгородци, и Володимеръ съ псковичи, а от него Констянтинъ с ростовци. Ярослав же ста своими полкы, и с муромскыми, и с городчаны, и с бродникы противу Володимеру и смолняном. А Юрьи ста противу Мстиславу и новгородцем съ всею силою Суздалской земли, а меншаа его братья противу Констянтину.

И начали устанавливать полки. Владимир же Смоленский поставил свой полк с края, далее стал Мстислав и Всеволод с новгородцами, и Владимир с псковичами, далее Константин с ростовцами. Ярослав же стал со своими полками, и с муромцами, и с городчанами, и с бродниками против Владимира и смольнян. А Юрий стал против Мстислава и новгородцев со всеми силами Суздальской земли, его меньшая братия — против Константина.

 

Нача же Мстислав с Володимеромъ укрѣпляти новогородци и смолняны, ркуще: «Братье, се вошли есми в землю силну, а позряче на Богъ, станем крѣпко, не озираимся назадъ: побегше, не уйти. А забудем, братье, домы, жены и дѣти, а коли любо умирати, хто хочеть пѣшь, или кто на конѣ».

Начали Мстислав с Владимиром воодушевлять новгородцев и смольнян, говоря: «Братья, мы вступили в эту сильную землю; станем же твердо, надеясь на Бога, не озираясь назад: побежав, не уйдешь. Забудем, братья, дома, жен и детей, а уж коли умирать — то, кто хочет, пеший, кто хочет — на конях».

 

Нвогородци же ркоша: «Мы не хочем измрети на коних, но отцы наши билися на Колакши пѣши».[28]

Новгородцы же сказали: «Не хотим погибать на конях, но, как отцы наши на Колокше, будем сражаться пешими».

 

Мстислав рад бысть тому. Новгородци же ссѣд с коней, и порты и сапоги с себе сметавше, боси поскочиша. А смолняне же молодые полѣзше же с конь, тако же поидоша боси, завиваючи ноги.

Мстислав был этому рад. Новгородцы же, сойдя с коней и сбросив одежду и обувь, выскочили босыми. А молодые смольняне тоже спешились и пошли босыми, обвив себе ноги.

 

А по них отряди Володимиръ Ивора Михайловича[29] с полком, а сами князи поехаша за ними на коних. И егда бѣ плъкъ Иворь в дебри, подчесь под Ивором конь, пѣшци же, не ожидающе Ивор, удариша на Ярославлих пѣшцев, и кликнушя они връгше кии,[30] а они топоры, ото бѣжати имъ, они же побѣгоша, и тако почаша я бити, подтяшя стягъ Ярославль. И пристиже Иворъ с смолняны же и досѣкошася другаго стяга, а князи же не доехали еще. Видѣвъ Мстислав рече: «Не дай Богъ выдати, Володимере, добрых люди».

А вслед за ними Владимир отрядил Ивора Михайловича с полком, а сами князья поехали за ними на конях. И когда полк Ивора был в зарослях, споткнулся под Ивором конь, а пешие воины, не ожидая Ивора, ударили на пеших воинов Ярослава, и, воскричав, они подняли кии, а те — топоры, они ринулись, а те побежали, и начали их бить, и подсекли стяг Ярослава. И приспел Ивор со смольнянами, и пробились к другому стягу, а князья еще не доехали. И, увидев это, Мстислав сказал: «Не дай Бог, Владимир, выдать добрых людей».

 

И удариша на них сквозѣ свои пѣшци, Мстиславъ своим полком, а Володимеръ своим, а Всеволод Мстиславич з дружиною, а Володимеръ съ псковичи, пристиже и Констянтинъ с ростовци. Мстислав же проеха 3-жды сквозѣ полкы Юрьевы и Ярославли, сѣкуще люди, бѣ бо у него топоръ с поворозою[31] на руцѣ и сѣчаше тѣмь. Тако же и Володимеръ. И створиша брань велику, и досѣкошася до товаров. Юрьи же и Ярослав, видѣвше, аки на нивѣ класы пожинаху, побѣгоста с меншею братьею и с муромскими князи. Мстислав же рече: «Братье новгородци, не стойте к товару, прилежите боеви: възвергнут ли ся на нас и смятут ны».

И ударили на них сквозь свои пешие полки, Мстислав своим полком, а Владимир — своим, а Всеволод Мстиславич с дружиной, а Владимир с псковичами, подошел и Константин с ростовцами. Мстислав же проехал трижды через полки Юрия и Ярослава, посекая людей — был у него топор, прикрепленный петлею к руке, им он и сек. Так сражался и Владимир. Шел великий бой, досеклись и до обоза. Юрий же и Ярослав, увидев, что их косят, как колосья на ниве, обратились в бегство с меньшею братьею и муромскими князьями. Мстислав же сказал: «Братья новгородцы, не обращайтесь к добыче, продолжайте бой: если они вернутся, то сомнут нас».

 

Новгородци же не радячи товаръ бьяхуся, а смолняне падша на товарѣ и лупяху мертвых, а о бои не правяху. Побѣжени же бывше полкы силнии суждалстии месяца априля 21 в четверток 2 недели по Пасце.

Новгородцы же не ради добычи бились, а смольняне бросились на добычу и обдирали мертвых, а о бое не думали. Побеждены же были сильные суздальские полки 21 апреля в четверг, на вторую неделю после Пасхи.

 

О великъ, братье, промыслъ Божий! На томъ побоищи толико новгородець убиша на сступѣ; Дмитра пльсковитина, Онтона котелника, Ивана Прибышинича опонника,[32] а в загонѣ Иванка Поповича, терскаго данника,[33] а в смоленском полку один бысть убитъ Григоръ Водмолъ, муж передний.[34] А си вси съхранени быша силою честнаго креста и правдою.

О, велик, братия, промысел Божий! На том побоище убили из новгородцев в схватке только Дмитра-псковитина, Антона-котельника, Ивана Прибышинича-ткача, а в отряде Иванка Поповича, терского данника, а в смоленском полку был убит один Григор Водмол, знатный муж. А все остальные были сохранены силою честного креста и правдой.

 

О многы побѣды, братье, безчисленое число, яко не может умъ человечьскый достигнути Юрьевых и Ярославлих избьеных, а изыманых бяше в станех въ всѣхъ в новгородскых и в смоленскых 60 муж. Аще бо быста вѣдала се Юрьи и Ярослав, то мирилася быста: се бо слава ею и хвала погыбе, и полци силнии ни во что же быша. Бяше бо у Юрья стягов 17, а трубь 40, толико же и бубнов, а у Ярослава стягов 13, а трубъ и бубнов 60. Молвяхут мнози люди о Ярославѣ, яко: «Тобою ся намъ много зла створи. Про твое бо преступление крестное речено бысть: “приидѣте, птици небесныа, напийтеся крови человечьскы; звѣрие, наядитеся мяс человечьскых”». Не 10 бо убито, ни 100, но тысяща тысящами, а всѣх избитых 9233 мужи. Бяше бо слышати крич живых, иже не до смерти убити, и вытие прободеных въ Юрьевѣ градѣ и около Юрьева. Не бѣ кто погребаа, а мнози истопошя бѣжаще в рѣцѣ, а инии забѣгши ранени измроша, а живии побѣгоша, овии к Володимерю, а инии к Переяславлю, а инии въ Юрьев.

О, многих победили, братья, бесчисленное число, ибо убитых воинов Юрия и Ярослава не может вообразить человеческий ум, а пленников во всех новгородских и смоленских станах оказалось шестьдесят мужей. Если бы предвидели это Юрий и Ярослав, то пошли бы на мир: ибо слава и хвала их погибли и сильные полки стали ни во что. Было ведь у Юрия семнадцать стягов, а труб сорок, столько же и бубнов, а у Ярослава тринадцать стягов, а труб и бубнов шестьдесят. Говорили многие люди про Ярослава так: «Из-за тебя сотворилось нам много зла. О твоем клятвопреступлении сказано было: “Придите, птицы небесные, напейтесь крови человеческой; звери, наешьтесь мяса человеческого”». Ибо не десять человек было убито, не сто, а тысячи и тысячи, а всех избитых девять тысяч двести тридцать три человека. Можно было слышать крики живых, раненных не до смерти, и вой проколотых в городе Юрьеве и около Юрьева. Погребать мертвых было некому, а многие, бежавшие к реке, утонули, а другие раненые умерли в пути, а оставшиеся в живых побежали кто к Владимиру, а иные к Переяславлю, а иные в Юрьев.

 

Князь же Юрьи, стояв противу Констянтину, и узрѣ Ярославль плъкъ побѣгшь, и тъй прибѣжа в Володимерь о полудни на четвертом кони, а трех одушив, въ первой срачицѣ — подкладъ и тый выверглъ.[35] А сступу был въ обѣд год. В Володимерѣ же остался непротивный народ: попове, черньци, жены, дѣти, и видѣвше радовахуся, творяху посла от князя, и ти бо глаголаху: «Наши одолѣют». И се Юрьи прибѣглъ один, начал ездити около града, глаголя: «Твердите град». Они же слышавше, смятошася, и бысть в весельа мѣсто плач. К вечеру же прибѣгоша людие, инъ раненъ, а инъ нагъ, такоже и нощи тоя. И заутра, съзвавь людий, Юрьи рече: «Братья володимерци, затворимся в городѣ, негли отбьемся их».

Князь же Юрий стоял напротив Константина и увидел побежавший полк Ярослава, и он тогда прискакал во Владимир к полудню на четвертом коне, загнав трех коней, в одной сорочке, даже подседельник потерял. А началось сражение в обеденное время. Во Владимире же остался небоеспособный народ: попы, чернецы, женщины, дети, и, увидев всадника, обрадовались, думали, что это послы от князя, а им ведь говорили: «Наши одолеют». И вот Юрий прискакал один и стал ездить вокруг города, говоря: «Укрепляйте город». Они же, услышав, пришли в смятение, и был вместо веселия плач. К вечеру же прибежали сюда люди: кто ранен, кто раздет, то же продолжалось и ночью. А утром, созвав людей, Юрий сказал: «Братья владимирцы, затворимся в городе, авось отобьемся от них».

 

Молвять людие: «Княже Юрьи, с кимь ся затворим? Братья нашя избита, а инии изымани, а прок нашь прибѣгло без оружиа. То с чимь станем?».

А люди говорят: «Князь Юрий, с кем затворимся? Братия наша избита, иные взяты в плен, а остальные прибежали без оружия. С чем станем обороняться?»

 

Юрьи же рече: «То яз все вѣдаю, а не выдайтя мя ни брату Констянтину, ни Володимеру, ни Мстиславу, да бых вышол по свое воли из града». Они же тако обѣщашася ему.

Юрий же сказал: «Все знаю, но не выдавайте меня ни брату Константину, ни Владимиру, ни Мстиславу, чтобы я сам мог выйти из города по своей воле». Они ему это обещали.

 

Ярослав же такоже прибѣглъ одинъ в Переяславль на 5-мь кони, а четырех одушив, и затворися. И не доволѣ ему о первомь злѣ, не насытися крови человечьскыа, избив в Новѣграде людий много, и в Торжку, и на Волоцѣ, но и ту в бѣгъ изыма новгородци и смолняны, иже бѣ зашли гостьбою в землю его, повел в погребы вметати, что есть новгородцев, а иных в гридницу;[36] и ту издохшеся въ множествѣ, а иных повелѣ затворити в тѣснѣ избѣ и издуши их 150, а смолнян 15 муж затворишя кромѣ, ти же быша вси живи.

Ярослав тоже прискакал один в Переяславль на пятом коне, четырех загнав, и затворился в городе. И не довольно было ему прежнего злодейства, не насытился крови человеческой, избив множество людей в Новгороде, в Торжке и на Волоке, но и теперь, уже бежав, он велел захватить новгородцев и смольнян, которые пришли по торговым делам в его землю, и всех новгородцев заточить в погреба, а других в гридницу, где они задохлись от скопления множества людей, а иных велел загнать в тесную избу и удушил их там — сто пятьдесят человек, а отдельно заточили пятнадцать человек смольнян — эти остались в живых.

 

Князи же, племя Ростиславле, милостиви суть и до хрестьянства добрѣ, той день стоаше на побоищи. Аще быша гонилися по них, то Юрьеви и Ярославу не ути было, а град бы Володимерь изъехали. Но тихо приидоша к Володимерю и обьехавше его, сташа в день неделный до обѣда и думаху откуду взяти и́. И тое нощи загорѣся в градѣ княж дворъ, и хотѣша новгородци полѣсти к граду, и не да им Мстислав, а въ вторник на нощь въ 2 час загорѣся же град, и горѣ до свѣта. Смолняне же просяхуся: «Ото чина взяти намь град». Володимер же не пусти их. И высла князь Юрьи с поклоном къ князем: «Не дѣйте мене днесь, а заутра поиду из града».

Князья же из Ростиславова племени, милостивые и добрые к христианам, весь день оставались на месте боя. Если бы погнались за ними, то Юрию и Ярославу не уйти бы было и город Владимир бы захватили. Но они осторожно подошли к Владимиру, и, объехав его, остановились в воскресение до обеда, и решали, откуда взять город. И в ту же ночь загорелся в городе княжий двор, и новгородцы хотели вторгнуться в город, но Мстислав не позволил им этого, а во вторник в два часа ночи загорелся весь город и горел до рассвета. Смольняне же просили: «Вот, кстати, нам сейчас взять город». Но Владимир не пустил их. И обратился Юрий с поклоном к князьям: «Не трогайте меня сегодня, а завтра я выеду из города».

 

Заутра же рано выеха Юрьи съ двѣма браты, и поклонися княземъ, и рече Мстиславу и Володимеру: «Братье, вам ся кланяю и челомь бою: вамъ животъ дати и хлѣбом накръмити.[37] А Костянтин, брат мой, в вашей воли».

Утром же рано выехал Юрий с двумя братьями, и поклонился князьям, и сказал Мстиславу и Владимиру: «Братия, кланяюсь вам и бью челом: дайте мне жить и накормите хлебом. А Константин, мой брат, в вашей воле».

 

И да имъ дары многы, они же дашя ему миръ. Мстислав же и Володимеръ управиста ихъ: Констянтину Володимерь, а Юрью Радилов Городець. И тако вборзѣ спрятавшеся в лодьи, и владыка, и княгини, и людие вси поедоша вниз. Сам же Юрьи вшед в церковь в Святую Богородицу, удари челом у отня гроба и плачася глаголаше: «Суди Богъ брату моему Ярославу, оже мя сего доведе».

И дал им многие дары, они же даровали ему мир. Мстислав же и Владимир рассудили их: Константину дали Владимир, а Юрию — Городец Радилов. И так, поспешно забравшись в ладьи, владыка, княгини и все люди отправились вниз по реке. Сам же Юрий вошел в церковь Святой Богородицы, поклонился гробу своего отца и, плача, сказал: «Суди Бог брата моего Ярослава — он довел меня до этого».

 

И тако поиде из Володимеря в малѣ дружинѣ в Городець. Из Володимеря же выидоша съ кресты гражане же вси противу Констянтина. Князи ж с новгородци посадиста Констянтина в Володимери на столѣ отнѣ. Князь же Констянтин одари в той день князи, и новгородци, и смолнян дары многыми, а володимерцов води къ кресту.

И так пошел из Владимира с малой дружиной в Городец. Из Владимира же все горожане вышли с крестами навстречу Константину. Князья же совместно с новгородцами посадили Константина во Владимире на отчем столе. Князь же Константин одарил в тот день многими дарами князей, новгородцев и смольнян, а владимирцев водил целовать крест.

 

А Ярослав же еще пребываа в злобѣ и дыша гнѣвом и не покоряшеся, затворися в Переяславлѣ и творяшеся тамо избыти. Князи же, сдумавше с новгородци, поидошя к Переяславлю в пяток 3 недели по Пасце. Слышав се Ярослав, смятеся, нача высылати люди, моляся о мирѣ. И бысть вторник 4 недели, выеха Ярослав самъ из града, удари челом Констянтину брату и рече: «Господине, аз есмь в твоей воли, не выдавай мя тестю моему Мстиславу, ни Володимеру, а сам, брате, накръми мя хлѣбом».

А Ярослав, все еще пребывая в злобе, и дыша гневом, и не покоряясь, затворился в Переяславле и надеялся там остаться. Князья же, посоветовавшись с новгородцами, подошли к Переяславлю в пятницу третьей недели по Пасхе. Услышав это, Ярослав пришел в смятение, стал посылать людей, умоляя о мире. И во вторник четвертой недели выехал сам Ярослав из города, ударил челом брату Константину и сказал: «Господин, я в твоей воле, не выдавай меня ни тестю моему Мстиславу, ни Владимиру, а сам, брат, накорми меня хлебом».

 

Констянтин же управи Мстислава с Ярославом с зятем, и умиришася не доидучи Переяславля. А в среду в Преполовление[38] придоша к Переяславлю, и ту Ярослав одари князи и новгородци дары великыми. А Мстислав, не идя к граду, поимав дары, посла в град и възмя дщерь свою, а жену Ярославлю, и что живых новгородцов, и что было съ Ярославомъ в полку, и выеха в станы за град. Ярослав же многажды высылашеся с молбою къ Мстиславу, прося княгини своей к собѣ, глаголя: «Чи не бывает поточи княземь? А мене по правдѣ крестъ убил».

Константин же рассудил Мстислава с Ярославом, зятем его, и, не доходя до Переяславля, они заключили мир. А в среду, в Преполовение, вошли в Переяславль, и тут Ярослав одарил князей и новгородцев великими дарами. А Мстислав, не входя в город, принял дары, послал в город и забрал свою дочь, жену Ярослава, и всех новгородцев, оставшихся в живых, и тех, кто был в войске Ярослава, и расположил свой стан за городом. Ярослав же много раз обращался с мольбой к Мстиславу, прося вернуть ему его княгиню, говоря: «Чего не бывает между князьями? А меня по справедливости крест наказал».

 

Мстислав же не пусти дщери своей к нему. И ту нощь стоявше князи поидошя розно: Костянтин к Володимеру, а Мстислав к Новуграду, Володимеръ к Смоленску, а другый Володимеръ къ Пскову, побѣдивше силнии плъкы и вземше свою честь и славу.

Но Мстислав не пустил к нему своей дочери. И, простояв всю ночь, князья разошлись в разные стороны: Константин ко Владимиру, а Мстислав к Новгороду, Владимир к Смоленску, а другой Владимир к Пскову, победив сильные полки и добыв себе честь и славу.

 

 

[1] О побоищи новгородцѣмъ съ Ярославом.— Далее описываются события, происшедшие после столкновения Ярослава Всеволодовича (сына Всеволода Большое Гнездо) с новгородцами. Этим событиям посвящен рассказ предшествующего года, заимствованный из Новгородской первой летописи. Согласно этому рассказу, Ярослав Всеволодович нарушил новгородские вольности, захватил и сослал в Тверь двух новгородских бояр. Затем он удалился в Торжок (Новый Торг), находившийся на границе Новгородской и Владимиро-Суздальской земли, и начал осаду Новгорода; в городе наступил страшный голод. Послов, которых присылали ему из Новгорода, князь захватывал и на обращения новгородцев не отвечал. Тогда в город пришел Мстислав Удалой, князь торопецкий, уже прежде защищавший Новгород от владимиро-суздальских князей. Мстислав дал новгородцам клятву: «Положу свою голову за Новгород; освободим своих мужей — вашу братью; да не будет Новый Торг над Новгородом, ни Новгород над Торжком!»

[2] ...на зять свой на Ярослава...— Ярослав Всеволодович был женат на дочери Мстислава Удалого.

[3] ...крестопреступници...— Бояре, бежавшие к Ярославу, именуются «крестопреступниками» (клятвопреступниками) потому, что (как рассказывается в Новгородской первой летописи) они целовали «хрест честный к Мстиславу с всеми новгородци, яко всем одинакым быти» (выступать воедино), а затем изменили.

[4] Новгородци же поидошя Серегиром...— Новгородцы пошли через озеро Селигер к границе Смоленской и Владимиро-Суздальской земли.

[5] ...осѣлъ Святославъ Ржовку...— Святослав — младший из братьев Ярослава, также помогавший ему в войне с Новгородом; Ржевка (Ржева Владимирская, Ржев) — город в Смоленской земле на границе с Новгородской и Владимиро-Суздальской землей.

[6] ...с Володимеромъ съ Псковскым...— Владимир Мстиславич, смоленский князь, брат Мстислава Удалого, княживший в это время в Пскове.

[7] Ярунъ — по-видимому, воевода Мстислава, впоследствии участвовавший вместе с ним в битве на Калке в 1223 г.

[8] Зубцев — город во Владимиро-Суздальской земле на реке Вазузе (приток Волги).

[9] Володимеръ Рюрикович — племянник и союзник Мстислава Удалого.

[10] ...на Холохне.— Холохна (Холохольня), приток Волги на границе с Владимиро-Суздальской землей.

[11] «Аще поидем к Торжку, то попустошимъ Новгородскую власть».— Это объяснение отказа князей от похода на Торжок (дефектное место в Новгородской Карамзинской летописи и восстанавливаемое по Новгородской четвертой и Софийской первой летописям) расходится с объяснением, читающимся в Новгородской первой летописи: «Поидем к Переяславлю, есть у наю (нас) третий друг» (речь идет о князе Константине Ростовском, о котором в рассказе говорится дальше).

[12] ...князи наши...— Речь идет, очевидно, о смоленских князьях Ростиславичах.

[13] ...на Благовещенье Богородици...— 25 марта.

[14] ...послаша Яволода, боярина Володимеря...— Яволд, по-видимому, боярин Владимира Мстиславича, не упоминается в рассказе Новгородской первой летописи.

[15] ...к Костянтину Всеволодичю в Ростов...— Старший сын Всеволода Юрьевича Большое Гнездо был обделен при распределении наследства отца (стольный город Владимир и главенство над братьями достались второму брату Юрию) и находился в оппозиции по отношению к братьям.

[16] ...Шешу и Дубну.— Шоша и Дубна — притоки Волги между Тверью и Кснятиным.

[17] ...город Коснятин (Кснятин) — город при впадении в Волгу реки Нерли.

[18] ...Всеволода, шюрина моего.— Речь идет о Всеволоде Мстиславиче-Борисовиче, шурине Константина, который был князем во Пскове незадолго до Владимира Мстиславича.

[19] ...поедоша к Переяславлю воюючи.— Город Переяславль (Северный) был наследственным владением Ярослава Всеволодовича, главного виновника событий 1216 г.

[20] ...бышя на Городищи на рѣцѣ Саррѣ...— Сарское городище находится при впадении реки Сары в Ростовское озеро (Неро) на южном берегу озера, противоположном Ростову.

[21] Юрьево княжение Всеволодича в Суждалѣ.— Этот заголовок, читающийся только в Новгородской Карамзинской и Новгородской четвертой летописях (в Софийской первой его нет), не совсем точен, ибо княжение Юрия Всеволодовича началось не в 1216 г., а в 1212 г., когда умер Всеволод Большое Гнездо и Владимиро-Суздальский престол достался не Константину, а Юрию (впрочем, в Новгородско-Софийском своде, как и в Новгородской первой летописи, о вокняжении Юрия в 1212 г. не упоминается).

[22] ...и с Володимеромъ...— О каком Владимире, союзнике Юрия, здесь идет речь (он упоминается и в Новгородской первой летописи), неясно. Среди сыновей Всеволода Большое Гнездо был и Владимир (Дмитрий) Всеволодович, но, согласно Лаврентьевской летописи, он был взят в плен половцами в 1215 г. и вернулся из плена только в 1217 г.

[23] ...бродници...— бродники, племена (по-видимому, славянского происхождения), кочевавшие на нижнем Дону и принимавшие участие в ряде военных столкновений той эпохи, например в битве на Калке в 1223 г.

[24] ...городчане...— жители Городца Радилова на Волге, недалеко от Нижнего Новгорода.

[25] ...на рѣцѣ Кзѣ.— Река Кза (Гза, Хза) — приток реки Колокши (в свою очередь, впадающей в Клязьму), на которой стоит город Юрьев-Польский.

[26] ...на рѣцѣ Липицѣ.— Липица — река близ Юрьева-Польского.

[27] ...Творимиръ боярин...— «Творимир» здесь, судя по тексту Новгородской Карамзинской и Новгородской четвертой летописей, а также Тверского сборника,— собственное имя (а не обращение: «Твори мир...»). В Новгородской первой летописи этот персонаж не фигурирует. Имя это явно имеет символический характер, и весь рассказ чрезвычайно характерен для тенденций Новгородско-Софийского свода в целом.

[28] ...отцы наши билися на Колакши пѣши.— Речь идет о битве на Колокше (Колакше, Кулачке) в 1096 г., в которой новгородцы помогли князю Мстиславу Владимировичу (сыну Владимира Мономаха) одержать победу над его противником Олегом Святославичем. Согласно тексту Повести временных лет (в Радзивиловской летописи), новгородцы при этом (как и на Липице) спешились.

[29] ...отряди Володимиръ Ивора Михайловича...— Ивор Михайлович, очевидно, воевода смоленского князя; в других источниках не упоминается.

[30] ...връгше кии...— Кий (кый), по-видимому, боевой молот.

[31] ...топоръ с поворозою...— Повороза (повруза, повраз) — петля для привязывания предмета к руке.

[32] ...опонника...— Опонник — мастер, изготовляющий опоны — ткани, завесы.

[33] ...терскаго данника...— Терская волость (волость Тре) — юго-восточный берег Кольского полуострова, находившийся под властью Новгородской земли и плативший дань Новгороду.

[34] ...Григоръ Водмолъ, муж передний.— В отличие от перечня новгородских убитых, заимствованного из Новгородской первой летописи (где он читался в конце всего рассказа), упоминание об убитом смольнянине имеется только в Новгородско-Софийском своде.

[35] ..подкладъ и тый выверглъ.— В Тверском сборнике картина бегства Юрия Всеволодовича дополнена еще одной деталью: «...бе бо телом толст и тяжек».

[36] Гридница — помещение для княжеской дружины.

[37] ...хлѣбом накръмити...— дать средства к жизни, взять под свое покровительство (сюзеренитет).

[38] Преполовление — среда четвертой недели после Пасхи.

Описание тайника

Интернет-блокнот

Отметить все Убрать все отметки Распечатать интернет-блокнот тайника Оставить запись в интернет-блокноте тайника RSS-канал интернет-блокнота тайника Отправить ответ на виртуальный вопрос Добавить фотографии посещения тайника Оценить свои впечатления от посещения тайника Рекомендовать тайник Сообщить о проблеме с тайником Спрятать все Показать все

Steelrat (06.08.2017 06:55:28)
Почему автор неправильно поставил координаты контейнера и достопримечательности? Почему ни один игрок не нажал на кнопку чтобы это исправить? Всем лень? Сейчас все поменяли. Впечатления от тайника отвратительные. Сначала искал лазяя через барщевик в одном месте. Думая что автор закладывал без навигатора около манумента. Потом дошел прикол.
volchisa (01.05.2017 12:51:11)
крайний взятый тайник в ходе суздальского трипа с GeorgA1971.
странно, что после 2015 года ниодного посещения. место идентифицируется на раз. записались, без обмена. спасибо.
mmm1863 (29.09.2015 01:18:19)
Yolka (21.09.2015 13:40:19)
delia и shimp (08.09.2015 00:03:09)
RaFaeL (06.07.2015 09:38:32)
gipo-po (28.04.2015 22:43:50)
АНДРЕИЧЪ33 (28.04.2015 00:23:05)
Сергей Б. (29.06.2014 22:35:31)
Dushik (09.08.2013 00:09:33)
Кузя, Муся и СВИнкА (15.07.2013 09:59:39)
Брюс (18.12.2012 17:11:01)
slonotop (05.06.2012 22:01:23)
Андреич и Олька (25.07.2011 17:04:17)
grey2010 (05.11.2010 22:37:30)
trsv (17.10.2010 19:58:48)
Семья Тумановых (09.07.2010 10:20:02)
cmex (07.07.2010 11:13:23)
ПОЖАРовы (11.06.2010 11:21:38)
Авторизация
E-mail:
Пароль:
Запомнить меня
Входя в игру, я обязуюсь соблюдать Правила
Зарегистрируйтесь
Забыли пароль?
Выбор тайника
Название:
Расширенный поиск

Поиск по сайту
Мини-карта сайта
Экспорт новостей
Новые тайники
Новые фотоальбомы
Интернет-блокноты

Наши партнеры

Скачать приложение Геокешинг на Google Play.

Скачать приложение Геокешинг на Apple Store.

Скачать приложение Геокешинг на Windows Phone.

Архив
Карта 0 Карта 1 Карта 2 Карта 3 Карта 4 Карта 5 Карта 6 Карта 7 Карта 8 Карта 9 Карта 10 Карта 11 Карта 12 Карта 13 Карта 14 Карта 15 Карта 16 Карта 17 Карта 18 Карта 19 Карта 20 Карта 21 Карта 22 Карта 23 Карта 24 Карта 25 Карта 26 Карта 27 Карта 28 Карта 29 Карта 30 Карта 31 Карта 32 Карта 33 Карта 34 Карта 35 Карта 36 Карта 37 Карта 38 Карта 39 Карта 40 Карта 41 Карта 42 Карта 43 Карта 44 Карта 45 Карта 46 Карта 47 Карта 48 Карта 49 Карта 50 Карта 51 Карта 52 Карта 53 Карта 54 Карта 55 Карта 56 Карта 57 Карта 58 Карта 59 Карта 60 Карта 61 Карта 62 Карта 63 Карта 64 Карта 65 Карта 66 Карта 67 Карта 68 Карта 69 Карта 70 Карта 71 Карта 72 Карта 73 Карта 74 Карта 75 Карта 76 Карта 77 Карта 78 Карта 79 Карта 80 Карта 81 Карта 82 Карта 83 Карта 84 Карта 85 Карта 86 Карта 87 Карта 88 Карта 89 Карта 90 Карта 91 Карта 92 Карта 93 Карта 94 Карта 95 Карта 96 Карта 97 Карта 98 Карта 99 Карта 100 Карта 101 Карта 102 Карта 103 Карта 104 Карта 105 Карта 106 Карта 107 Карта 108 Карта 109 Карта 110 Карта 111 Карта 112 Карта 113 Карта 114 Карта 115 Карта 116 Карта 117 Карта 118 Карта 119 Карта 120